Материнство как оно есть
О живом опыте, женской солидарности и сообществе Toronto Mommies. В преддверии Дня матери, который отмечается в Канаде 10 мая, особенно важно говорить о женщинах не в общих формулировках, а через живые истории, личный опыт и реальные голоса тех, кто формирует вокруг себя сообщества поддержки и взаимопомощи. Алиса Фульштински - риэлтор, предприниматель и основательница сообщества Toronto Mommies в Facebook, которое за несколько лет выросло в одно из самых заметных женских пространств в Торонто. Это не просто онлайн-группа, а живое и постоянно развивающееся сообщество десятков тысяч женщин, где ежедневно появляются личные истории, вопросы, просьбы о помощи и, что особенно важно, ответы и поддержка.
Через Toronto Mommies сформировалась особая городская среда женской солидарности - иногда очень практичной, иногда эмоциональной, местами сложной, но всегда настоящей. Это пространство, где женщины делятся опытом материнства, жизни, усталости, радости и поиска баланса между семьёй,
работой и собой.
Алиса не просто наблюдает эти процессы со стороны, а находится внутри них, задаёт тон, создаёт структуру и одновременно проживает их как часть собственной жизни.
В этом интервью мы говорим о материнстве, сообществе, уязвимости, силе и о том, как сегодня выглядят женщины, которые пытаются удерживать баланс между всеми ролями сразу.
- Если оглянуться назад, как изменилась ваша жизнь с появлением сына? Не в общих словах, а в реальности обычных дней.
- Конечно, изменилась очень сильно. Прежде всего - сон: его стало меньше, и он стал другим. Появилось больше переживаний, ты переходишь на режим ребёнка. Мой сын, например, просыпался каждые три часа - и так по кругу. Роды были тяжёлыми, восстановление тоже далось непросто, поэтому первые дни были особенно сложными - приходилось параллельно заниматься здоровьем.
Постепенно меняется и круг общения: меньше контакта с людьми без детей, потому что ритм жизни становится другим, и многие оказываются «вне контекста».
При этом было и огромное удовольствие. Трудностей оказалось очень много - оглядываясь назад, я не уверена, что решилась бы, если бы знала заранее, через что придётся пройти. Но одновременно было сильное, почти эйфорическое чувство радости. Наверное, это и есть материнский инстинкт, который делает опыт не только тяжёлым, но и очень значимым.
- Часто материнство представляется довольно идеализированным. А был ли у тебя момент, когда ты почувствовала, что всё гораздо сложнее, чем кажется со стороны?
- Да, конечно. Роды были очень сложными, и так как первые - без понимания, с чем сравнивать. Уже дома выяснилось, что при эпидурале повредили оболочку, начались сильные головные боли - в первые дни они были даже тяжелее родовых. Восстановление оказалось непростым.
Плюс ребёнок плохо засыпал: его можно было укачать только через час-два, иногда дольше. Это длилось очень долго, почти до восьми лет, и стало одним из самых тяжёлых периодов. Были и колики, к которым я была частично готова, но именно проблемы со сном оказались настоящим испытанием. Отдельно - грудное вскармливание: не хватало молока, начались проблемы со здоровьем и появилось сильное чувство вины. В целом это были моменты, когда ты не понимаешь, как помочь ребёнку, сомневаешься в себе и постоянно устаёшь. Но при этом - слава богу, что у нас есть дети. И что они растут, а вместе с ними растём и мы.
- Что оказалось для вас самым неожиданным, к чему невозможно было подготовиться?
- Наверное, самое неожиданное - это то, что у каждого ребёнка свой характер и личность. К этому невозможно подготовиться, потому что заранее не знаешь, каким он будет и какие у него будут особенности. При этом ты узнаёшь не только ребёнка, но и себя как мать - и тоже не до конца понимаешь, какой мамой окажешься.
Есть представление «как должно быть», но реальность оказывается другой. Материнство - это постоянное приспособление к ребёнку, его характеру и потребностям, при этом важно не потерять себя. В какой-то момент понимаешь, что ребёнок воспитывает тебя не меньше, чем ты его, и вы меняетесь вместе.
Ты входишь в этот опыт без полной готовности и учишься уже в процессе. Важно оставаться открытой, а не жить по жёстким установкам, потому что заранее к этому подготовиться невозможно.
- Если отбросить все ожидания и «правильные» модели, как вы сегодня для себя определяете, что значит быть хорошей мамой?
- Я считаю, что хорошая мама - это та, которая откликается на ребёнка и не игнорирует его, даже если не может включиться сразу. Для меня это базовое внимание - основа материнства. Важно также видеть в ребёнке личность, понимать его потребности, а не подгонять под свои ожидания. Мы с мужем проходили курсы у канадского психолога, и там прозвучала мысль: мы легче всего справляемся с детьми, которые похожи на нас, и теряемся, когда ребёнок другой. Тогда и начинается настоящая работа - узнавать ребёнка и себя. И ещё важный момент - границы. Они необходимы. Это сложно, особенно при сильном характере ребёнка, но задача родителя - удерживать баланс между принятием и рамками, не ломая личность.
- Как понять, где ты его «ломаешь», а где, наоборот, даёшь ему раскрыться? Например, ребёнок в два–три года устраивает скандал: в одном случае это просто усталость или сбой режима, а в другом - проявление сильного характера, настойчивости. И ты не хочешь это «убить», но и не всегда понимаешь, как правильно реагировать.
- Во-первых, работает материнская интуиция и наблюдение. Со временем начинаешь понимать, ребёнок устал или реагирует по другой причине. В 2–3 года это особенно сложно, поэтому я опиралась на базовое: сон, еда, вода, контакт, объятия. Если это не помогает - ищешь другие способы.
С возрастом становится сложнее: ребёнок уже может спорить и отстаивать своё мнение. Здесь важно найти баланс - поставить границы, но не сломать личность. Это особенно трудно, когда у ребёнка сильный характер и ты его очень любишь. Но ребёнок должен понимать последствия своих решений, потому что жизнь не будет подстраиваться под него.
Задача родителя - не создавать искусственный мир, а учить жить в реальности с поддержкой и честно. Я сама проходила ситуации, когда хочется защитить ребёнка любой ценой, но важно слышать обе стороны и объяснять: ты любим, но ответственность тоже есть. Дети, которым не говорят «нет», позже сталкиваются с трудностями.
Мне близка идея баланса между привязанностью и автономией: с возрастом нужно давать больше самостоятельности. При этом важно сохранять тепло - слова, контакт, участие. Эмоции тоже важны, но им часто уделяют мало внимания. И ещё: хороший родитель - не идеальный. Это тот, кто сомневается, задаёт вопросы и остаётся в диалоге с собой. Границы нужны, но их задача - не подавлять, а помогать ребёнку научиться жить в мире.
- Как выглядит ваш обычный день, когда нужно одновременно быть мамой, управлять бизнесом и оставаться одним из самых успешных риэлторов Онтарио - Top Producing Realtor in Ontario?
- Я просыпаюсь примерно на час раньше всех - нужно разобрать сообщения, посты и срочные вопросы по Toronto Mommies, а также проверить клиентов. Утро дома довольно активное: в 8 начинаем будить сына, к 9 он в школе. Стараемся хотя бы час утром провести вместе как семья, потому что дальше все расходятся.
С 9 до 12–13 у меня основной рабочий блок. Днём привозим сыну ланч, иногда его встречает моя мама. У него есть занятия - плавание, тьюторинг, поэтому расписание разное. В центр Торонто чаще всего его возит папа, и это сильно укрепило их связь. Я всегда говорю мамам: важно вовлекать отца с самого начала.
Сейчас, когда сын стал старше, у него с отцом уже свои разговоры и темы. Я много работаю, но стало легче - могу больше фокусироваться на себе и делах. Вечером стараюсь быть дома, приготовить ужин или просто создать ощущение уюта. Перед сном обязательно провожу время с сыном - поговорить, обсудить день. Сейчас для меня главное - сохранить контакт, чтобы он продолжал со мной делиться.
- Сколько ему лет?
- Ему будет 14. В детстве он был довольно сложным, поэтому сейчас, с одной стороны, стало легче. Но появляется новая сложность - подростковый возраст, когда ребёнок начинает отдаляться, и важно не потерять связь. Поэтому приходится много работать над собой: я стараюсь быть в его мире, читаю о подростковой культуре, слушаю подкасты, интересуюсь тем, что им важно. Могу включать в машине то, что смотрят или слушают его сверстники.
Иногда просто начинаю разговор: спрашиваю про блогеров или музыку. Он не всегда активно включается, но для меня важно оставаться на связи, чтобы он не воспринимал меня как человека из «другого мира». Это постоянная работа - понимать, что для них сейчас важно. И да, дети очень быстро растут, и иногда от этого становится немного грустно.
- О чём, на ваш взгляд, работающие мамы в Канаде думают каждый день, но почти никогда не говорят вслух?
- Я думаю, что почти все работающие мамы в Канаде в той или иной степени испытывают чувство вины - между необходимостью обеспечивать семью и желанием быть вовлечённой в жизнь ребёнка. Плюс есть постоянное внутреннее напряжение: день непредсказуем, всё может пойти не по плану, но при этом нужно оставаться и профессионалом, и родителем.
В итоге возникает ощущение, что ты где-то «недодаёшь» - либо дома, либо на работе. Раньше всё было проще: у многих детей был ключ от дома, родители работали - и это считалось нормой. Сегодня от матерей ждут гораздо большего, и часто эти ожидания далеки от реальности. При этом на работе не всегда принято говорить о необходимости гибкости - чтобы не выглядеть «неудобной».
Проблема в том, что рабочие системы не совпадают с реальной жизнью семей. Более гибкие условия помогли бы сохранить баланс без потери эффективности. Речь не о снижении требований, а о том, чтобы по-другому выстраивать процессы.
И ещё важно - нам нужен честный разговор о том, как устроены работа, школы и система поддержки. Многие из них до сих пор живут по устаревшим моделям. Если мы хотим устойчивое будущее, важно, чтобы женщины могли совмещать работу и материнство, не выбирая между ними.
- Помните тот самый момент, когда появилась идея Toronto Mommies? Что вы тогда чувствовали и о чём думали?
- Идея Toronto Mommies формировалась постепенно, но окончательно сложилась в очень тяжёлый период - когда мой отец попал в больницу с инсультом. Тогда я особенно остро почувствовала, что у моего поколения почти нет реального ощущения взаимной поддержки и объединения. Люди живут довольно разрозненно, и настоящих сообществ, которые действительно помогают, очень мало. Я тогда почти не спала несколько дней, и в какой-то момент поняла: мне нужно не просто общение, а пространство, которое может расти и поддерживать женщин. Так появилась Toronto Mommies.
Переломным моментом стала трагедия - история Евы Равикович в 2013 году. Меня потрясло не только само событие, но и реакция общества: осуждение, особенно в адрес матери, обсуждение её внешности и поведения после трагедии. И то, насколько мало в этом было эмпатии. Это стало для меня очень сильным внутренним ударом и показало, как легко общество становится жестоким, особенно в интернете.
После этого я ещё глубже включилась в сообщество и окончательно поняла: женщинам нужно другое пространство - без осуждения, с поддержкой и человеческим разговором.
- Вы же понимали, что мир бывает жестоким, и что вам нужна «двойная броня», потому что это всё может начать литься и на вас тоже?
- Да, это действительно на меня лилось. Количество буллинга и всего, что происходило внутри комьюнити, осталось за кадром - многое знают только близкие. Были вещи, которые говорились и делались людьми, не знакомыми со мной лично. Когда Toronto Mommies стала заметной платформой, это быстро стало очевидно. Я хотела дать пространство «тихому, порядочному большинству» - людям, которые не кричат, не конфликтуют, а просто живут, растят детей и поддерживают других.
Я верю, что их много, и мне было важно дать им ощущение голоса и защищённости. Тогда мне, наверное, было нужно, чтобы где-то побеждали нормальность и доброта. Я понимала, что нужна «броня», но не до конца осознавала, через что придётся пройти. У меня такой характер: если ко мне хорошо относятся - я уязвимее, а на несправедливость реагирую очень остро и начинаю защищаться. Тогда я этого о себе ещё не знала до конца.
Когда я уже оказалась внутри, отступить было невозможно - я просто старалась защищать это пространство. И каждый день приходили благодарности от людей, иногда публично, иногда тихо. Это были истории о том, что сообщество реально помогает. И именно это меня держало.
- Ожидали ли вы тогда, что это вырастет в такое большое и живое сообщество?
- Где-то со второго года я начала понимать, что да - вырастет. Тогда у меня появилось ощущение, что я пойду с этим дальше. Что это может стать чем-то большим, почти миссией моей жизни. Что я смогу это выдержать и не отступлю. Конечно, у меня не было полной ясности и уверенности - наоборот, было много моментов неопределённости. Но я уже начала видеть отклик людей. Благодарности, сообщения, истории женщин - всё это постепенно показывало мне, насколько велика эта потребность. И я стала понимать, что это может быть очень сильным инструментом для чего-то действительно хорошего.
- Сегодня это десятки тысяч женщин - около 40 000. Есть ли истории или события, которые повлияли на вас лично?
- Безусловно. История Евы стала для меня важной в личном становлении - не потому, что была связана со мной напрямую, а потому что сильно на меня повлияла как на человека. Были и другие моменты. Например, история Людмилы Шрам, погибшей в автокатастрофе. У неё осталось трое детей, и старший сын, 18 лет, взял на себя опекунство над младшими. Ситуация была сложной: бывший муж пытался вмешиваться, поднимались вопросы страховых выплат и опеки.
Я помню похороны и этого мальчика, Андрея. Его выдержка и то, как его поддерживали друзья, произвели на меня сильное впечатление. Там было много зрелости и человеческого достоинства в тяжёлых обстоятельствах. Тогда я подумала: если 18-летний парень может справиться с таким, значит, и мы способны выдерживать очень сложные вещи.
- Как вам кажется, люди чаще приходят туда за информацией или всё-таки за ощущением, что они не одни?
- Я думаю, что приходят за информацией, а остаются - за ощущением, что они не одни.
- Если бы Toronto Mommies можно было описать не как группу, а как чувство - что бы это было?
- Это чувство, когда тебе кажется, что ты один на один со своей проблемой: ты не знаешь, куда обратиться, можешь быть растерянной, и просто задаёшь вопрос. И довольно быстро получаешь ответы, поддержку, полезную информацию. Это даёт ощущение солидарности и облегчения, а также чувство, что всё в итоге можно разрулить и что ты не одна. Меня саму участницы многому научили. Даже сейчас, спустя десятки тысяч постов, я не всё читаю, но всё равно ощущаю это пространство как поддерживающее.
Я часто думаю о моменте, когда человек остаётся один со своей проблемой и считает, что она никому не важна. И вдруг появляется отклик - и ты понимаешь, что ты не один. Это и есть главное чувство: поддержка, благодарность и простое человеческое участие.
- В какой момент женщинам сложнее всего попросить о помощи - и почему именно тогда они чаще молчат?
- Общество в целом ожидает от женщин очень многого. Если сравнивать с мужчинами, виден перекос: от женщин ожидания чаще более широкие и размытые. Это не значит, что от мужчин не ждут ничего - но нагрузка на женщин выше. Многое зависит от среды: есть женщины, которые не получают уважения в отношениях, или с детства живут с установкой «ты должна» - из семьи, культуры, общества. Это чувство «я должна» очень распространено.
Обстоятельства тоже разные: отсутствие поддержки, давление семьи, сложные ситуации вроде болезни ребёнка, когда появляется страх не справиться.
В такие моменты женщина часто перестаёт позволять себе просить о помощи. Внутри закрепляется мысль «если не я - то никто», и это часто не осознанный выбор, а усвоенная модель поведения.
Не все одинаковы, но у многих есть это ощущение постоянной ответственности и необходимости справляться самостоятельно, из-за чего просьба о помощи иногда просто не возникает.
- Что чаще всего стоит за простой фразой «мне тяжело», «я устала», которую вы видите в таких сообществах?
- Я вижу это не первый день и не первый год - когда женщины пишут «мне тяжело» или «я устала». И, как правило, за этими словами стоит реальная усталость и тяжесть. Это не преувеличение. Я, наоборот, уважаю, когда это проговаривают, потому что с этого начинается принятие и движение к решению. Это момент честности с собой и уважения к себе.
- Есть ли что-то, объединяющее всех мам - независимо от жизни, дохода и статуса?
- Я не думаю, что можно говорить «всех», но большинство матерей объединяет одно - желание дать ребёнку любовь и сделать для него лучше. И ещё - сильная уязвимость, когда речь идёт о детях. В этом почти все становятся очень чувствительными.
- Есть ли момент в материнстве, который вы хотели бы остановить и прожить чуть дольше?
- Каждый раз. Почти каждый день. Иногда я могу плакать вечером, когда ребёнок уже спит, потому что понимаю: завтра он уже будет другим. Я его так же люблю, но он меняется - привычки, жесты, моменты уходят. И ты не можешь это остановить. Это, наверное, самое тяжёлое - ощущение, что время уходит слишком быстро.
- Если представить, что ваш сын прочитает это интервью через много лет, что бы вы хотели, чтобы он о вас понял?
- Что я всегда о нём думала и старалась быть рядом. Люди ошибаются - и я тоже. Но я всегда была на его стороне и буду его поддерживать, даже если мы не всегда соглашались. Это главное.
- Что бы вы хотели сказать в День матери - не только читателям, но и сообществу Toronto Mommies, как женщина женщинам?
- Не забывайте, что вы - личность, не только мама или жена. Важно, чтобы рядом были поддерживающие люди.
Вы не обслуживающий персонал, а важная часть семьи. Нужно вкладывать в себя - в развитие, образование, психологический рост. Это не эгоизм, а вклад в семью.
Не бойтесь просить о помощи и не живите в самоосуждении. Если мы учимся принимать себя, мы передаём это детям. И забота о себе становится заботой о будущем семьи.
Итак, материнство - это не только про трудности и ответственность, но и про живой, меняющийся опыт, в котором постепенно находится опора.
В повседневных заботах, усталости и сомнениях особенно важны поддержка, обмен опытом и ощущение, что рядом есть те, кто понимает.
Именно таким пространством для многих женщин стало сообщество Toronto Mommies - место, где можно не только задать вопрос, но и почувствовать, что ты не одна.
Беседовала Маша Миронова
Alisa Fulshtinsky,
Real Estate Broker
Sutton Group
Admiral Realty
416.841.0032
alisa@alisahomes.com
